САХАЛИНСКИЙ ПОИСКОВИК

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » САХАЛИНСКИЙ ПОИСКОВИК » Разговоры обо всем » Корсаков. Взлетная полоса.


Корсаков. Взлетная полоса.

Сообщений 1 страница 30 из 56

1

Скажите мне кто нибудь.....В Корсакове,что есть взлетная полоса? o.O

0

2

Ну вообще-то когда- то в Корсакове была вертолетная площадка , широкая бетонная полоса , но  потом не стало воинской части и полоса заброшена была, мы там учились вождению на машине  :blush:  :D  но сейчас её нет, вернее может быть она там и есть , давно не была в тех краях, но слышала что там лежат трубы , для завода в Пригородном . Но если честно , не узнаю местность сверху

0

3

Вот еще фото...

0

4

А вот еще одна в Корскаковском районе...п.Новый o.O  %-)

0

5

Ну и еще одна в Корсаковском районе.На этой был сам лично...Японского происхождения,в районе п.Мальково и оз.Тунайча :glasses:

0

6

Tanto написал(а):

Ну и еще одна в Корсаковском районе.На этой был сам лично...Японского происхождения,в районе п.Мальково и оз.Тунайча

Тут я тож был. Сильно заросла, но покрытие ровное

0

7

Чаплановскую взлетку найти не могу.Где она могла там быть?Там сопки же везде..

0

8

На взлетке в Корсакове, в 2003 проводили мы гонку по дрэг-рейсингу. Сейчас там материал для пригродного, по крайней мере был в прошлом году. Рядом холмик, в этот холмик есть хода. Один прям со взлетки, чуть проходишь и он затоплен :(
Еще один есть сверху, тоже по лестнице чуть спустились и все затоплено :( по видимому там в холме было чтото типа командного пункта этой вертолетки.

В селе Новом был в прошлом году, искал место для гонок. Приехали туда, на въезде сторожка и шлагбаум, из разговора со сторажми стало сясно, что взлетку всю почти разобрали (там были бетонные плиты). Начали разбирать в конце 90-х. Нас пустили посмотреть. Длинна км 3, ширина метров 150-200... стояли там вроде как истребители.

+1

9

Спасибо Артем.Интересная информация.

0

10

Tanto

Не за что :)

0

11

Интересноо...

0

12

в чепланово где то за лютогой ,слышал про нее когда то

0

13

В Корсакове аэродром! Точняк! Заезд с дороги на Пригородное в районе АБЗ (недоезжая до свалки метров 400-500). А в Новом тоже был, в конце девяностых мы туда с товарищем сунулись за металлом, да не тут то было! Металл там уже скопытили весь, и активненько выковыривали плиты покрытия. Они потом широко разошлись по Южному. Особенно их полюбили владельцы заправок. А назначение аэродрома было - стратегическая авиация и запасной аэродром для "Бурана".

0

14

Artem написал(а):

В селе Новом

ШтО в Макаровском районе?

0

15

Favorit написал(а):

ШтО в Макаровском районе?

Между Корсаковым и Чапаево

0

16

Artem написал(а):

Между Корсаковым и Чапаево

Понятно. 

0

17

аэродром Одомари был точно до 1953 там полк як-9ДД стоял, дальше не знаю точно, но ИМХО до 70х должен был стоять. на первой фото где рулежки справа ближе к морю, в капонирах под технику все выметено, на дне водоотводные колодцы гранитные. а посреди полосы опять же справа где дорожка примыкает - остатки полевых складов РАВ (ракетно-артиллерийского вооружения) нашел подсумок вроде от АПСа, ленты, звенья 12,7,  и дальше в лесу осенью стояли обтекатели фанерные, на понял от кого вроде от ИЛ-28, но что то не уверен. между морем и обрезом полосы несколько пулеметных секций, СПС-6 и СПС-3. на карте еще между падью нечаева и полосой кладбище отмечено - никто не видел?
что кто про противолодочную эскадрилию которая базировалась на озере Чибисанском слышал?? на карте склад ГСМ отмечен на перешейке между озерами на правом (восточном) берегу - полез туда посмотреть через лесхоз Озерский - в километре от поселка медведь шуганул.
про аэродром Новый - про буран и стратегов тоже слышал - ТУ-22М из под Ванино приходили, западнее полосы остатки (на карте как карьер отмечены) хранилищ, железо выдрали, плиты полосы собрали продавать. когда в 1992 вывели ВВС его передали флоту - там стоял то ли полк то ли меньше КА-25, в 98 все умерло.

0

18

а про Чапланово не уверен!!
там особо места нет - полоса около километра еще куда ни шло но вот глиссада как?
над Лютогой заходить? тут туманы постоянно, сопки рядом, это сколько поубивается?
и в списке японских аэродромов вроде нет.

0

19

Спасибо за исчерпывающую информацию

0

20

Про Чапланово,легенду о аэродроме не от одного слышал....И о учебном корпусе у япошек.

0

21

http://aleksandrovsk.tfd.ru/node/1837
В Корсаков, после окончания войны перебазировались из Совгавани 55-й полк бомбордировщиков на самолётах Пе-2 с аэродрома "Постовая" и 59-й истребительный полк подполковника Нехамина на самолётах американского производства "King Cobra" или авиакобра, в своё время переброшенный с Черноморского флота в Совгавань.
55-й бомбордировочный полк (командир полка Герой Советсекого Союза Фёдор Никитович Радус) прибыл в Совгавань 15 августа 1945 года.Он имел боевой опыт в военных действиях в Японии и Северной Корее.В частности,пилоты этого полка бомбили железнодорожную станцию Ронан,разрушили склады,водонапорную башнюи три здания ст. Они почти полностью уничтожили там железнодорожный эшелон, бомбили порты Северной Кореи Сейсин и Расин, потопили один транспорт с японскими солдатами, второй -повредили.
Можно многое узнать о военных действиях в Японии из книги Константина Ерофеевича Гапоненко " Болят старые раны", изданной Сахалинским областным книжным издательством в Южно-Сахалинске тиражом 5000 экземпляров в 1995г.

0

22

Глава двенадцатая.
И на Тихом океане...
Только что отгремели праздничные салюты, известившие весь мир о победе советского народа над фашистской Германией. В душе каждого из слушателей ленинградской Военно-морской академии царили радость и гордость... Победа!
Но вот успешно сдан последний экзамен. Вызывает начальник академических курсов генерал-майор авиации В. Н. Камыков и говорит:
— Вам срочно прибыть в штаб авиации в Москву. Сегодня же получите необходимые документы и вечером выезжайте. Билет на «Стрелу» заказан.
Все предельно ясно. Но почему вызывают меня одного? Этот вопрос не оставлял меня и в пути.
Начальник штаба ВВС морской авиации генерал-майор авиации А. М. Шугинин встретил меня приветливо, задал несколько вопросов об учебе, здоровье, планах, а потом сказал:
— Маршал авиации Жаворонков ждет вас в санатории «Барвиха», где он находится на лечении. Учтите: его сильно беспокоит сердце, поэтому постарайтесь не переутомлять, лучше, когда вернетесь, все уточним здесь.
Маршал, несколько бледный, похудевший, но со свойственной ему улыбкой на лице, если только предстоял добрый разговор, подал мне руку и, окинув взглядом с ног до головы, сказал:
— Вы, как всегда, стройный и подтянутый, да и выглядите моложе своих 30 лет. Не скажешь, что и воевал.
— Стараюсь в любых условиях соблюдать режим, товарищ маршал!
— Уж это я и сам знаю, — заметил он. — Но ближе к делу. Скоро будет война с Японией, так мы с Василием Васильевичем Ермаченковым решили назначить вас командиром 16-й смешанной авиационной дивизии на Тихоокеанский флот. Театр вы должны знать хорошо — служили там. Дивизия только начала формироваться, и вам надо поспешить с убытием, Сколько просите на сборы? [314]
— Дня два-три, товарищ маршал!
— Вот и хорошо, я дам указания Шугинину о вашей отправке. С войной, прямо скажу, вам везет: с Хасана — в черноморское пекло, а теперь вот обратно через всю страну, чтобы бить самураев. Помните, что и там в основе всего — полеты на боевое применение. Вот поправлюсь, сам прилечу проверять дивизию. И если доверил, то спрос предъявлю строгий. До свидания!
Неуловимыми мгновениями промелькнули сборы, домашние хлопоты — и вновь дорога, казавшийся нескончаемым стук колес. Но уже не 14 суток, как девять лет назад, а всего 8 дней и ночей. Поезд-то курьерский!
Поезд пришел во Владивосток 31 мая рано утром, но в штабе ВВС, куда я направился, что называется, прямо из вагона, уже вовсю кипела работа. Представился начальнику штаба генерал-майору авиации Б. А. Почиковскому.
— Вовремя приехали, — заметил он, — но командующий сейчас занят, поэтому познакомьтесь пока с кое-какими документами.
Временно исполнял обязанности командира дивизии подполковник В. С. Бассараб. Приступил к исполнению обязанностей начальник штаба подполковник Н. М. Николаев. Подполковника Д. М. Олейника назначили начальником политотдела, а старшим инженером дивизии уже работал инженер-майор П. Т. Винский. Налицо были командиры полков: 60-го штурмового подполковник К. Н. Лунин, 61-го истребительного майор П. Н. Коростелев и 31-го истребительного майор А. Н. Горбунов. Многие из них — мои давние знакомые.
Ненадолго освободившись от неотложных дел, генерал Почиковский информировал меня, что 31-й истребительный авиационный полк — один из старейших на Тихоокеанском флоте — базируется на полевом аэродроме Серафимовка, в 20 километрах севернее поселка Ольга. В нем самолеты ЛаГГ-3, но ожидается перевооружение на «эркобры». 60-й и 61-й полки формируются заново на аэроузле невдалеке от Владивостока, куда поступают самолеты Ил-2 и Як-9. Прибывает с запада и летно-технический состав.
Для содействия в лучшей организации комплектования управления дивизии и формирования двух полков в Романовке находились оперативные группы штаба дивизии и политотдела. [315]
— Постоянное же место базирования штаба и политотдела определено в Ольге. Это небольшой населенный пункт в 350 километрах на северо-восток от Владивостока на побережье Японского моря. Недалеко от поселка залив Владимир, а Ольга расположена на берегу бухты, где базируются лодочные самолеты МБР-2 отдельной эскадрильи майора Г. Е. Костакова, — объяснил хозяин кабинета.
После укомплектования и соответствующей тренировки штурмовой полк Лунина должен был перебазироваться на полевой аэродром Молдавановка, что в 40 километрах на запад от Ольги, а истребительный полк Коростелева — занять временный аэродром Великая Кема на побережье, в 250 километрах северо-восточнее Ольги.
Одним словом, предстояло базироваться, а потом и воевать в краях арсеньевских. Совсем скоро рев авиационных моторов нарушит вековую тишину и покой огромного заповедного региона...
* * *
Формирование частей в короткие сроки с одновременным выполнением требований маршала Жаворонкова и командующего ВВС флота — летать и летать на боевое применение оказалось делом весьма нелегким. Потребовалось более месяца напряженной работы, пока удалось решить основные проблемы. Главное — летчики стали уверенно летать и применять оружие не только одиночно, но и звеньями. За это же время мне с руководящим составом вновь сформированных 60-го штурмового и 61-го истребительного полков удалось побывать на всех аэродромах предстоящего базирования и решить на месте первоочередные организационные вопросы.
В конце июня — начале июля два авиационных полка перелетели на свои постоянные аэродромы, где сразу продолжились тренировки летного состава. Много внимания пришлось уделить и изучению нового района, сложного в навигационное отношении. Ведь кругом были однообразные, заросшие лесом сопки, ложбины и в то же время почти отсутствовали такие линейные и точечные ориентиры, как дороги, населенные пункты; однообразным оказалось и побережье.
Не вызывал излишнего оптимизма аэродром 60-го штурмового полка Молдавановка — ограниченный по размерам и зажатый со всех сторон сопками. Трудно и небезопасно было летать с него на тяжелых Ил-2, но пришлось [316] смириться — базирование здесь штурмовиков н началу войны диктовалось оперативной целесообразностью, а это — главный аргумент. Правда, к этому аэродрому в отличие от ряда других пролегала, хотя и неважная, но все же дорога, следовательно, имелась возможность регулярно подвозить боеприпасы, горючее и продовольствие.
Хотя временный аэродром 61-го авиаполка Великая Кема, расположенный на побережье, имел достаточные размеры и открытые подходы, отсутствие дорог и причалов сводило эти преимущества на нет. Мелководье не позволяло судам подходить близко к берегу. Поэтому личный состав части испытывал огромную дополнительную нагрузку, перемещая с транспортов на обычных лодках, а то и вброд бочки с горючим, ящики с боеприпасами, продовольствие и прочие грузы. Пытаясь как-то облегчить этот труд, умельцы соорудили плоты и другие примитивные плавсредства, подъемные приспособления.
Очень трудным для дивизии выдался июль. Наряду с решением таких задач, как размещение личного состава, создание всех необходимых для жизни и боя запасов и минимально сносных бытовых условий на основных аэродромах, развертывание штабов, налаживание связи и другие, требовалось освоить и оперативные аэродромы, предназначенные для маневра силами во всей 700-километровой операционной зоне. Перелетая с аэродрома на аэродром, мы с начальником политотдела подполковником Д. М. Олейником стремились обязательно присутствовать на строевых, партийных и комсомольских собраниях, изучить личный состав, понять его настроение, нужды и заботы, самим поделиться мыслями, выслушать мнение авиаторов. Думаю, это приносило обоюдную пользу.
Война с Японией, как давно известно, началась в ночь на 9 августа. К этому времени удалось привести в высокую боевую готовность авиационные части 16-й авиадивизии с приданной нам отдельной эскадрильей и звеном МБР-2. Штурмовики, оснащенные бомбами и реактивными снарядами, постоянно дежурили на аэродроме, истребители прикрывали военно-морскую базу, аэродромы, корабли и транспорты на прибрежных морских коммуникациях, а «эмбээры» активно вели разведку в ближних морских зонах.
Война с империалистической Японией набирала темп, и наши экипажи выполнили уже немало боевых вылетов. Однако встреч с противником в воздухе все не [317] было. Где же, как мы знали, многочисленная и далеко не безобидная, о чем напомнил нашим американским союзникам Перл-Харбор, японская авиация?
Так продолжалось до 15 августа, когда командующий ВВС флота генерал-лейтенант авиации П. Н. Лемешко вызвал меня во Владивосток.
— Основные военные события сейчас развиваются в Маньчжурии против Квантунской армии, — начал он вводить меня в обстановку. — Авиация флота обеспечивает высадку морских десантов в корейских портах Юки, Расин и Сейсин. В ближайшее время Северной тихоокеанской флотилией в порт Маока (теперь Холмск) будет высажен десант, который, с одной стороны, должен способствовать стремительному наступлению войск 16-й армии на юге Сахалина, а с другой — лишить японцев возможности эвакуировать свои войска и грузы с острова Хоккайдо. А задачи вашей дивизии, — продолжал командующий, — прежние: для подавления объектов противодесантной обороны противника в районе высадки в ближайшие день-два перебазируйте по эскадрилье Ил-2 и Як-9 на оперативный аэродром Перетычиха — на севере операционной зоны базы. Оттуда расстояние до цели составит 230 километров.
Десант высадился с рассветом 20 августа. В течение первой половины дня две эскадрильи нашей дивизии, возглавляемые подполковником В. С. Бассарабом, активно действовали по огневым средствам и опорным пунктам врага. К 14.00 порт и город Маока оказались в наших руках. Самолеты начали действовать по отступавшим войскам и военным объектам противника в районах Отомари и Рудака (сейчас Корсаков и Анива).
* * *
Боевые действия против империалистической Японии прекратились в конце августа, а 2 сентября 1945 года был подписан акт о ее безоговорочной капитуляции. И хотя воинам 16-й смешанной авиационной дивизии не довелось принять активное участие в этой короткой, динамичной войне, но само наше присутствие, боевое патрулирование в воздухе и дежурство на аэродромах стали внушительным предостережением врагу на нашем, по существу, совсем открытом левом фланге Приморья.
Дивизией и приданными ей частями было выполнено более 500 боевых вылетов (общий налет 929 часов), в результате которых без единого серьезного летного происшествия удалось успешно выполнить все поставленные задачи. Это и стало нашим вкладом в победу над милитаристской [318] Японией. Около 100 летчиков, инженеров и техников дивизии за мужество и отвагу удостоились государственных наград.
5 сентября во Владивостоке командующий ВВС Тихоокеанского флота объявил приказ: 31-й истребительный авиаполк, отдельную эскадрилью и звено МБР-2 оставить на месте. 61-й истребительный авиаполк передать во вновь формируемую авиадивизию в Порт-Артуре. 60-й штурмовой авиаполк вместе с управлением дивизии к 15 сентября перебазировать на Южный Сахалин. Таким образом, наше соединение передавалось в состав ВВС Северной тихоокеанской флотилии. В дивизию включались еще три авиаполка флотилии, и она становилась уже четырехполковой.
Перебазировались мы на Южный Сахалин и с первых же часов столкнулись с сюрпризами. Впрочем, сюрприз — это неожиданность, а я был готов ко всему — как говорится, слава богу, не в теплице рос! Но продолжу по порядку.
Два полка — 59-й и 55-й — и одну авиатехническую базу «усадили» на одном аэродроме, а два других — 58-й и 60-й, также вместе с авиатехнической базой, — на другом, удаленном от первого на каких-то 40 километров.
На аэродромах с одной взлетно-посадочной полосой летать двум полкам, мягко говоря, сложновато, но иного выхода у нас не было. Наш аэродром имел бетонную полосу, но подходы к ней среди сопок, примыкавшие к ней крутые откосы представляли серьезнейшую опасность даже для отлично подготовленных пилотов. А на другом аэродроме была деревянная полоса, выстеленная из длинных бревен. Кругом же — болотистая местность. Вот и летай, как можешь. Благо, если хорошо. Но ведь летчики, как и все люди, — разные. Да и техника может подвести...
Личный состав разместился где в промерзавших зимой насквозь деревянных бараках, где в деревянных длинных срубах, засыпанных сверху и с боков землей. Прямо скажем, условия жизни были тяжелейшие. И это относилось не только к быту. Здесь, за что ни возьмись — сразу проблема, и, как правило, трудноразрешимая. Но решать-то все равно надо! Вот и крутился руководящий состав авиадивизии и частей обслуживания, применяя для обустройства традиционный в авиации Военно-Морского Флота «хозспособ», добывая даже минимально необходимое [319] всеми мыслимыми и немыслимыми способами.
И все же, как говорится, «из нужды» выбиться никак не удавалось. Так, в течение всего первого месяца наша пища состояла только из хлеба, сахара и рыбы. В это время, да и несколько позже, бойцы не получали и трети положенных для нормального функционирования организма витаминов. Появились больные цингой. Пришлось срочно организовать заготовку витаминозной черемши.
Характерно, что, несмотря на исключительно тяжелые условия службы, желания у воинов поскорее уехать с Сахалина не наблюдалось. Личный состав быстро освоился с местными условиями, привык преодолевать трудности и научился организовывать свой досуг. И в том, что в гарнизонах сложились очень дружные коллективы, огромная заслуга командиров всех степеней и политического аппарата дивизии.
Правильно спланированная с учетом местных условий летная подготовка зимой и летом, целеустремленность личного состава в службе и глубокое понимание всеми важности стоявших перед авиадивизией задач позволили ей вскоре завоевать первое место в ВВС Тихоокеанского флота по боевой подготовке. Многие воины удостоились поощрений. Народный комиссар Военно-Морского Флота своим приказом объявил мне благодарность...
Трудиться бы да и трудиться в полюбившихся мне краях! Но большое напряжение, вызванное двукратной службой на Дальнем Востоке, боевая работа в годы Великой Отечественной войны, ранения и перенесенный тиф не прошли бесследно. По возрасту мне еще летать бы да летать, но я не смог одолеть тяжелый недуг, который преследует меня и до настоящего времени. Пришлось, как ни печально, распрощаться с однополчанами и отправиться в Москву на лечение. Четырехмесячная госпитализация несколько восстановила здоровье, но от летной работы врачи отлучили меня напрочь.
За учебой в Академии Генерального штаба последовала почти тридцатилетняя педагогическая работа в ней. Став генералом, кандидатом военно-морских наук, доцентом, я старался отдавать свои силы и опыт делу воспитания идущего за нами поколения высшего командного состава.

0

23

это июнь прошлого года

увеличить

увеличить

увеличить

0

24

первое - начало ВПП - куча бывшего покрытия,
второе - с капонира
третье - обтекатель стоит верхом на бочке200литровой

0

25

Mbr написал(а):

третье - обтекатель стоит верхом на бочке200литровой

Это хде именно такое?

0

26

точки съемки помечены, если плохо видны цифры - надо увеличить.
я тогда шел мимо военной нефтебазы, мимо водозабора,
не знаю вроде бы заброшенного, и далее по дороге - не заблудишься

+1

27

http://ded-banzai.livejournal.com/15918.html

ЭКОЛОГИЯ И СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ АВИАЦИОННОЙ УНАСЛЕДОВАННОЙ ИНФРАСТРУКТУРЫ САХАЛИНА. <?xml:namespace prefix = o ns = "urn:schemas-microsoft-com:office:office" />

ГЛАВА 1. СЕТЬ И ИНФРАСТРУКТУРА В ГОДЫ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ. КРАТКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА БОЕВОГО ПРИМЕНЕНИЯ АВИАЦИИ ВМФ И ВВС

Развертывание сети аэро- и гидроаэродромов в южной и северной частях Сахалина началось еще в 20-х годах ХХ века. В значительной степени их размещение на острове являлось отражением концепций национальной обороны и корректировалось статусом территории и военным потенциалом сторон. С началом Второй Мировой войны обе стороны предприняли меры по развертыванию военной группировки и усилению военной авиации, способной обеспечить боевую деятельность наземной и военно-морской группировок. К  январю 1943 года на Северном Сахалине можно было отметить следующие составляющие информационного поля, обеспечивающего деятельность боевой и гражданской авиации: гидрометеорологические станции в городах Оха и Александровске-Сахалинском, на острове Уш, в поселках Верещагино, Ноглики, Погиби и Кировское. Её дополняли материковые ГМС в Де-Кастри, Клостер-Камп, Гроссевичи и Советской Гавани. Радиопривод обеспечивала широковещательная радиостанция мощностью 10 квт. Территорию острова с материком связывали следующие авиалинии Гражданского воздушного флота: Александровск-Сахалинский - Владивосток, Оха - Николаевск-на-Амуре - Хабаровск, Оха-Петропавловск-Камчатский, протяженностью 1100 км. Местной считалась авиалиния Оха - Александровск-Сахалинский, протяженностью 350 км. На ней работали самолеты ГВФ По-2С. Аэродромы и гидроаэродромы были представлены следующей сетью:
1.    Аэродром в городе Александровске-Сахалинском. Располагался на юго-восточной окраине города. Летное поле имело размеры 400 х 600 метров. Имелась передвижная авиаремонтная мастерская, масло -и бензохранилища.
2.    Гидроаэропорт в устье реки Большая Александровка. Располагала ангаром и мастерскими.
3.    Гидроаэропорт в заливе Виахту. Использовался линией Александровск-Сахалинский - Хабаровск Гражданского воздушного флота. Дополнял сеть гидроаэропорт на озере Сладкое. Аэродром в городе Александовске-Сахалинском использовался военной авиацией.
На восточном побережье были развернуты следующие объекты:
1.    Аэродром в городе Оха на северо-восточной окраине. Для ГВФ была выделена только одна комната. Летное поле имело размеры 400 х 800 метров, в дальнейшем его размеры были увеличены до 400 х 1200 метров, что позволяло использовать его для эксплуатации С-47”Скайтрейн”, поступавшие в ВВС и ГВФ наряду с лицензионными Ли-2 отечественного производства.
2.    Посадочная площадка в поселке Ноглики имела летное поле размерами 800 х 800 метров. Еще одна посадочная площадка имелась в 500 метрах к западу от поселка Пограничный у границы. Дополняли сеть восточного побережья гидроаэропорт в заливе Уркт к юго-востоку от города Оха.
Во внутренних районах Сахалина были развернуты следующие аэродромы и запасные посадочные площадки:
1.    В километре  к северо-западу от села Кировское располагался аэродром с летным полем размерами 1000 х350 метров с ангаром и передвижными авиаремонтными мастерскими.
2.    В четырех километрах к юго-востоку от села Кировское- еще один аэродром с размерами летного поля 1000 х 300 метров с тремя складскими помещениями.
3.    В трех километрах от села Оноры у реки- посадочная площадка с размерами летного поля 800 х 800 метров.
4.    У села Дербинское располагался запасной аэродром с размерами летного поля 200 х 400 метров со складскими помещениями в лесу.
5.    У села Лагури1 к северо-востоку от города Охи - запасной аэродром с полем 400 х 600 метров.
  На двух аэродромах у села Кировское можно было разместить авиационную дивизию из 3-4 полков, развернутых по штатам 1942 года с современными истребителями, штурмовиками и бомбардировщиками Як-9, Ил-2 и Пе-2. Летом 1943 года 42-й топографический отряд РККА выбрал ещё шесть мест, пригодных для постройки аэродромов и посадочных площадок. Связаны они были с нефтепроводом и объектами ГУЛАГа (с. Лагури, залив Виахту). Сеть авиабаз должна была прикрыть нефтепровод от авиационных ударов вероятного противника, а дороги, оставшиеся от строительства нефтепровода по замыслу разработчиков — обеспечить подвоз материально-технического обеспечения.  Военные топографы рекомендовали следующие пункты:
1.    У села Погиби на 9-м километре по северной стороне дороги Погиби-Лагури с размерами летного поля 1000 х1000 метров.
2.    На 25-м километре от села Погиби на южной стороне этой же дороги с размерами летного поля 1000 х 1000 метров.
3.    К востоку от села Погиби по южной стороне этой же дороги с размерами поля 1000 х 1000 метров.
4.    В районе города Александровск-Сахалинского в 500 метрах к северу от села Михайловка с размерами летного поля 1000 х 200 метров. были приняты меры по отводу земель и отторжению территории колхоза “Серп и молот”. Правда, топографа не учли розу ветров и распределение снежного покрова в районе будущего строительства. Такой аэродром мог функционировать не более шести месяцев в году.
5.    У рудника “Октябрьский” восточней реки Черная с размерами летного поля 300 х 400 метров.
Предполагалось наращивание группировки ВВС на Северном Сахалине за счет морской гидроавиации, потери в лодочных самолетах авиации ВМФ к августу 1943 года достигали 46% довоенной численности, а единственный авиационный завод, № 31,выпускавший гидросамолеты, после эвакуации из Таганрога в Тбилиси был перепрофилирован сначала на производство истребителей ЛаГГ-3 и быстро перестроиться на производство более сложных лодочных машин не мог. Не удалось компенсировать нехватку гидросамолетов ни за счет учебных машин летных училищ, ни за счет ГВФ и полярной авиации, ни за счет поставок по ленд-лизу. Нехватка рабочей силы в подразделениях ГУЛАГа на Северном Сахалине не позволили развернуть Северный аэроузел в том виде, в каком его видели топографы из 42-го отряда. Серьёзно ограничивала функциональные возможности уже существующих аэродромов и посадочных площадок неразвитая дорожная сеть, исключавшая подвоз расходуемых материалов в период  снежных заносов и весенне-осенней распутицы. Строительство узкоколейных железных дорог (декавилек - по терминологии тех лет) принципиально проблему не решало. В таких условиях базирования оказались полки 255-й смешанной авиационной дивизии ВВС 2-го Дальневосточного фронта.
К этому времени на юге острова, по данным советской разведки насчитывалось 18 аэродромных точек емкостью до 250 самолетов. Информационное поле обеспечения деятельности авиации формировали гидрометеостанции в Амбецу, Отиай, Найосигава, Сикука, Кусюннай, Маока, Хонто, Нисиноторо-мисаки, Тоёхара, Оодомари, Каба и Конума. Радиопривод обеспечивали радиостанции разных ведомств - правительственная в Тоёхара, военно-морского флота в Эсуторо, самая мощная радиостанция Карафуто в Сикука, портовые в Хонто и Маока и ведомственные в Хонто, Маока, Найро и в поселке Кайба (о. Монерон). Сеть аэродромов была связана с железной дорогой, обеспечивавшей устойчивый подвоз. Сеть была представлена следующими крупными объектами:
1.    Авиабаза “Тоехара”. расположенная в четырех километрах к югу от города у железнодорожной станции Осава. Летное поле имело размеры 800 х 600 метров. Ангары вмещали шесть самолетов. Авиабаза использовалась линией “Япония - Карафуто”(Токио –Сендай – Аомори – Саппоро - Тоехара) компании “Авиалинии Великой Японии”. В дальнейшем база прошла модернизацию, и к сентябрю 1945 года командование советских ВВС приняло авиабазу с асфальтовой ВПП 1200 х 100 метров без рулежной дорожки. Здесь были оборудованы 20 земляных стоянок с гравийными выводными дорожками. Оперативная емкость оценивалась в один авиаполк по штатам 1943 года(28-32 самолета). Судя по требованиям ГВФ, она была в состоянии принимать тяжелые военно-транспортные самолеты (лицензионные “Дакоты” DC-3, использовавшиеся как в СССР, так и в Японии) и фронтовые бомбардировщики. О крупных авиабазах в Оотани (известной в советских документах как Отиай), Оодомари и Икедзуки, строившихся с 1943-1944 года советская разведка ничего не знала. Поэтому о них ниже.
На восточном побережье и в “Хоронайской тундре” были известны следующие крупные аэродромы:
1.    Аэродром Найро на берегу залива Тарайка-ван (Терпения) в 400 метрах к северо-западу от одноименного города. Был пригоден для приёма самолетов всех типов как армейской, так и морской авиации. Данными о размерах летного поля, ремонтных мастерских и ангарах советская разведка не располагала. В сентябре 1945 года это была крупная авиабаза с двумя асфальтовыми взлетно-посадочными полосами длиной 1200 х 80 и 960 х 100 метров соответственно с асфальтовой рулежной дорожкой. На авиабазе насчитывалось 8 металлических ангаров и до 20 открытых стоянок. Советские специалисты оценивали оперативную емкость базы в одну авиационную дивизию 2-3 полкового состава.
2.    Аэродром Сикука располагался на левом берегу реки Поронай к северу от города Сикука.
3.    Авиабаза Кимисикука располагалась  к юго-востоку от одноименного городка, у дороги Кимисикука-Сикука. Летное поле имело размеры 1500 х 1500 метров, и по сообщениям японской печати эта авиабаза должна была занять второе место по размерам и оборудованию среди подобных сооружений Империи. Её строительство началось с марта 1943 года и помимо военных строителей к его сооружению широко привлекались насильственно мобилизованные корейские рабочие “такобэй” обоих полов2. В итоге в сентябре 1945 года советские войска захватили крупную авиабазу с двумя бетонными взлетно-посадочными полосами 1150 х 80 метров каждая и одной деревянной 1200 х80 метров, с бетонными рулежными дорожками, крупным бензохранилищем, земляными стоянками для 40 самолетов. В двух километрах от авиабазы располагался крупный военный городок, рассчитанный минимум на экипажи и обслуживающий личный состав двух авиационных дивизий («хасикодан»). К авиабазе подходили железнодорожная ветка и асфальтовая дорога, делавшие её практически всепогодной.
Советская разведка доносила о мифическом аэродроме Усиро с совершенно фантастическими размерами летного поля (2000 х 4000 метров), способного обеспечить действия армейской и морской авиации при “челночных” бомбардировках промышленных и культурных центров советского Дальнего Востока, производимые из Манчжурии и Карафуто. А “посадочная площадка Эсуторо, рассчитанная на прием только легких самолетов”, оказалась вполне приличным аэродромом  Тооро (Торо) с бетонированной взлетной полосой размерами 1150х100 метров (в дальнейшем увеличенной советскими военными строителями до 1200 х 300 метров соответственно), асфальтовой рулежной дорожкой и 24 земляными стоянками. Оперативная емкость площадки позволяла базироваться здесь авиаполку, но отступавшие с севера японцы успели перепахать полосу поперек. Поэтому в августе 1945 года перебазирование истребителей Як-9Д ВВС СТОФ на эту авиабазу не состоялось.  Были завышены  данные о летном поле аэродрома Коноторо (2000 х 500 метров). Фактически это была одна взлетно-посадочная полоса размерами 1200 х 100 метров без рулежной дорожки и 15 земляными стоянками с гравийными выводными дорожками. Её оперативную емкость оценивают в один авиаполк, но к сентябрю здесь могла разместиться эскадрилья. Имелись данные о посадочных площадках Кетон (500 х 500 метров), Атон (600 х 700 метров), Амбецу, Эрукунай и Сарен. Из названных здесь посадочных площадок представляли собой вполне современные аэродромы “посадочная площадка” Кетон (Кэтон)  с бетонной взлетно-посадочной полосой размерами 1200 х 100 метров, гравийными рулежными дорожками и 20 открытыми земляными стоянками для самолетов. Её оперативную емкость советские специалисты оценили в 1-2 авиаполка (28-64 боевых самолета). В 10 км к северу от поселка Ооки (ныне Забайкалец) располагался еще один аэродром – Хаттои - с бетонной взлетно-посадочной полосой размерами 1200 х 80 метров и гравийной рулежной дорожкой. На аэродроме насчитывалось до 24 земляных самолетных стоянок. Оперативная емкость аэродрома позволяла разместить на нём авиационный полк. В августе 1945 года японцы взорвали ВПП. В дальнейшем на авиабазе в п. Матросово базировался полк 144-й Хинганской истребительной авиадивизии. О гидроплощадках в Оодомари и Хонто упоминалось вскользь. Но совершенно отсутствовали данные о сухопутной посадочной площадке в окрестностях Хонто и Тамиоко. Потенциальными гидроаэродромами были акватории крупных лагун Тарайка-ко и Тоннай-ко при наличии глубоководных рейдов в прилегающих морских акваториях (залив Тоннай-ван (Мордвинова) и Тарайка-ван (Терпения)) и крупных рек (Поронай), где могли бы базироваться плавучие базы гидроавиации.
Сеть дополняла авиабаза Отиай с вытянутой с севера на юг взлетно-посадочной полосой 1150 х 100 метров, асфальтовой рулежной дорожкой. Здесь же размещались 30 открытых самолетных стоянок с гравийными выводными дорожками и 18 металлических ангаров. Рядом проходило улучшенное шоссе и железная дорога. Был развернут компактный авиационный городок. Советские эксперты считали её главной базой японских ВВС на Карафуто и оценивали  оперативную емкость в две авиационные дивизии.
Аэродром Отомари (Оодомари) имел одну бетонную взлетно-посадочную полосу размерами 1200 х 80 метров без рулежной дорожки и 25 земляных стоянок. При оперативной емкости в один авиационный полк на нем в конце августа 1945 года разместили сразу два авиаполка 16-й САД ВВС ТОФ. Еще два полка многострадальной 16-й САД полковника К.Д. Денисова втиснули на аэродром Икедзуки в 20 км юго-западнее г. Рудака (Анива). На аэродроме была одна деревянная взлетно-посадочная полоса размерами 1200 х 80 метров без рулежной дорожки и 24 земляные стоянки с гравийными выводными дорожками. Условий для размещения личного состава - никаких, поскольку большинство аэродромов представляли собой базы подскока и предназначались для рассредоточения авиации в условиях борьбы за господство в воздухе с палубной и базовой армейской авиацией США.
Решение о форсированном развертывании аэродромной сети Японии было принято летом 1942 года после провала Алеутско-Мидуэйской операции Объединенного флота и перехода императорских вооруженных сил к стратегической обороне на гигантской 3000- мильной дуге тихоокеанских островов. Северный стратегический плацдарм императорской Японии образовывали Западные Алеуты, второй эшелон - Курильские острова, тыловой район - авиабазы и аэродромы Карафуто, позволявшие наращивать силы на Северных Курилах. Группировка на Карафуто могла быть быстро и серьёзно усилена за счет авианосной авиации. Однако уже к середине 1943 года японская морская авиация понесла серьёзные потери в сражениях на Тихом океане, еще более снизившие качество пилотов истребительной, торпедоносной, штурмовой и бомбардировочной палубной авиации, а с середины 1944 года в связи с потерей тяжелых авианосцев морская авиация стала базовой и оказать серьёзную поддержку группировке на Карафуто уже не могла.
Таким образом, оборона Карафуто оказалась возложенной на базовую морскую и армейскую авиацию, к этому времени втянутую в тяжелые бои со стратегической бомбардировочной, а потом и истребительной базовой и авианосной авиацией ВМФ США и Великобритании уже над Японскими островами вместе с силами ПВО метрополии. Под бомбоштурмовыми ударами и даже артиллерийским обстрелом надводных кораблей англо-американского оперативного соединения оказались базы для промежуточных посадок поступавших с заводов новых самолетов, трассы паромных переправ между Хонсю и Хоккайдо, железнодорожные линии на Японских островах.
Реально в годы Второй Мировой войны на Сахалине были созданы три мощных аэроузла, эффективность которых была проблематичной: морская авиация Японии не обеспечила противолодочную оборону района боевой подготовки собственных подводников и морских коммуникаций, не потопив ни одной американской подводной лодки, практически беспрепятственно форсировавших пролив Лаперуза и активно действовавших собственно на морских коммуникациях, а также проводивших обстрелы береговых объектов и даже высаживавших небольшие диверсионные группы. Японская армейская авиация  не смогла обеспечить защиту избиваемой с моря и воздуха японской пехоты и смешавшихся с войсками беженцев, транспортная - эвакуацию ценностей и граждан. Это был крах японской авиации.
Советская авиация в августе 1945 года была введена в бой с большой задержкой из-за сложных метеорологических условий. Исследованиями экспедиции Генерального штаба РККА в 1942 году самое подходящее для боевого применения ВВС время года было определено последней декадой марта, а для сухопутных войск - июль-август.
На начальном этапе Южно-Сахалинской наступательной операции советские войска испытывали острейшую необходимость в авиационной поддержке на поле боя, а своевременный бомбоштурмовой удар по японскому 25-му пехотному полку, переброшенному в эшелонах к Котонскому укрепленному району мог свести на нет оборонительный потенциал 88-й пехотной дивизии в этом районе. При этом воздушная разведка зафиксировала разгрузку противника на железнодорожной станции Котон. Однако никто не помешал японцам занять УР силами полноценного пехотного полка.
Легкие По-2 использовались для поиска частей, совершавших обходной маневр по тайге и болотам, а также лесных дорог и просек, пригодных для маневра3; летали эти многоцелевые машины и на поддержку десантников в районе японского пограничного поста Амбецу. Советская штурмовая авиация появилась над полем боя лишь на заключительном этапе боев за Харамитогские высоты. На цели заходили со стороны Тарайка-ван, ориентируясь по крупным линейным ориентирам (железная и автомобильная дороги Сикука-Котон, береговая линия, река Поронай). По преимуществу, над полем боя появлялись Як-9Д, летавшие на штурмовку наземных целей. Южнее действовали самолеты отдельных истребительных и разведывательных частей ВВС СТОФ: лодочные самолеты МБР-2, разведчики СБ и Пе-2 отдельного разведывательного авиационного звена, истребители Як-9Д с Совгаванского аэроузла. Позже к ним подключились штурмовики Ил-2 и вернувшиеся из Кореи бомбардировщики Пе-2 55-го бомбардировочного авиационного полка. Противолодочное патрулирование в Японском и Охотском морях несли амфибии РВY-5A «Каталина»  и гидросамолеты PBN-1 «Номад» 48-го отдельного морского разведывательного полка.
В районе Маока действовали самолеты авиагруппы полковника Бессараба (эскадрилья Як-9Д и эскадрилья Ил-2 соответственно из состава 61-го ИАП и 60-го ШАП). Созданная по приказу командира 16-й смешанной авиадивизии полковника К.Д. Денисова, эта группа летала с аэродрома Перетычиха Приморского края. Такой подход к организации ударной группы, действующей по удаленным объектам, был вообще характерен для полковника Денисова и успешно им апробирован в 1941 и 1943-1944 годах при боевой работе Фрайдорфской и Садовской авиагрупп. Концентрация в составе ударной группы полковника Бессараба летчиков-истребителей и штурмовиков с боевым опытом, приобретенным на советско-германском фронте, позволила снизить потери среди молодых пилотов. Целями в районе Холмского перевала для пилотов 16-й САД оказались подвижной железнодорожный состав, автомобильный и гужевой транспорт отступающих японцев. Практиковалось целеуказание и наведение на цель групп штурмовиков. Появлялись над Холмским перевалом и истребители Як-9Д 59-го авиационного полка.
Потери ВВС СТОФ над Татарским проливом по навигационным причинам составили 2 истребителя Як-9Д, и один Як-9Д сбит огнем с земли в р-не Тооро. По этим объектам работали экипажи 41-го и 42-го истребительных полков. Потери 16-й САД ВВС ТОФ свелись только к авариям без человеческих жертв.
Части 1-й японской смешанной авиадивизии (180 боевых и транспортных самолетов) себя практически ничем не проявили -только экипаж старшего лейтенанта Додонова фиксировал попытку преследования со стороны пары Ки-44 «Секи», да советские пехотинцы захватили на аэродромах Карафуто по крайней мере один технически неисправный самолет в Найро и один Ки-36 на авиабазе Отиай (в советских документах – Оотани). Отчасти это объясняется эффективностью массированных бомбоштурмовых ударов англо-американской палубной авиации по районам сосредоточения истребительных, штурмовых и бомбардировочных соединений и частей императорской Японии на Хонсю и Хоккайдо в июле-августе 1945 года.
Посадочные десанты также проходили без потерь в летной технике и практически без противодействия противника. Наряду с этим, практически каждый аэродром или крупную базу прикрывали полевые военно-инженерные сооружения легкого и тяжелого типа. В зоне пролива Лаперуза их дополняли железобетонные долговременные сооружения: стационарные барбетные 152-мм береговые батареи, железобетонные НП, прожекторные посты и многочисленные посты СНИС. Оборонительный потенциал пролива усиливали противолодочные минные поля, оставлявшие свободным только небольшой фарватер. По восточному склону Сусунайского хребта в 1943-1945 годах создан укрепленный район, построенный силами японских военнослужащих 88-й ПД и мобилизованных по уездной разнарядке гражданских строителей. Фортификационные сооружения и полевая оборона создавались с учетом боевого опыта, полученного японской императорской армией в ходе отражения американских десантных операций.  В структуру УР входили железобетонные пулеметные огневые точки, убежища различных типов и система легких полевых укреплений, подъездные пути, основные и запасные позиции для полевой артиллерии. Занять их японские войска не успели.

Поэтому отвлечение огромных людских и материальных ресурсов на развертывание авиационной инфраструктуры на Карафуто себя не оправдало с социально-экономической и военно-политической точек зрения: эти функции японской авиацией выполнены не были.
Вместе с тем необходимо обратить внимание на качество оборудования военно-воздушных баз и аэродромов — зачастую в описании не упоминаются бензо- и маслохранилища, крайне скудна информация о военных городках. Многие из них могли обеспечивать боевую деятельность авиации, что называется ”с колес”, используя автозаправщики, запасы топлива в бочках и железнодорожных цистернах. Это косвенно свидетельствует о том, что большинство аэродромов были рассчитаны на рассредоточение армейской и морской авиации и использование их как баз “подскока” или точек временного базирования. И если это было приемлемо на фронте при условии устойчивого подвоза материально-технического обеспечения, то его нарушение и срыв мог парализовать боевую деятельность авиации. Что, в конечном счете, и случилось к середине августа 1945 года, когда потери тоннажа оставили японскую авиацию практически без стратегических резервов топлива. Аналогичная картина наблюдалась в организации авиационно-технических баз и баз вооружений — их возможности не соответствовали оперативной емкости аэродромов и авиабаз.
Такую картину застали соединения и части 10-й воздушной армии и ВВС СТОФ, переброшенные на Сахалин в августе-октябре 1945 года. Первоначально в её основном составе находились 29-я истребительная, 53-я, 83-я и 254-я бомбардировочная, 254-я штурмовая авиадивизии. В июле 1945 года в армию был включен 18-й смешанный авиакорпус в составе 296-й истребительной и 96-й бомбардировочной авиадивизий, а также 128-я и 255-я смешанные авиадивизии, размещенные соответственно на Камчатке и Северном Сахалине15. Это крупное объединение отвечало за оборону воздушного пространства от берегов Чукотки до Сахалина, и прекращение боевых действий отнюдь не повлекло за собой сокращения его численности — на Сахалине образовался ударный кулак из бомбардировочной, штурмовой и истребительной авиации. Бомбардировочный корпус в сентябре-октябре 1945 года разместился в центре острова, с юга и севера его прикрывали истребительные и смешанные авиационные дивизии, части ПВО, авиация Сахалинской флотилии- 16-я смешанная авиационная дивизия с частями усиления и подразделениями ПВО, в дальнейшем ВВС ТОФ.
Даже поверхностный анализ характера размещения дивизий 10-й ВА, частей и соединений ВВС ТОФ показывает наступательный характер группировки: сильное ПВО, преобладание штурмовой и бомбардировочной авиации в составе авиационных соединений, география дислокации. Вместе с тем, послевоенное развертывание и дислокация крупной авиационной группировки на Сахалине породили известные трудности, связанные с недостаточно развитой инфраструктурой — низкая емкость военных городков и авиационно-технических баз, нехватка полигонов для наземного и морского бомбо- и торпедометания, недостаточно развитая транспортная сеть. Сказывалась неразвитость сферы обслуживания. Поэтому каждый крупный авиационный гарнизон представлял собой самодостаточную социальную структуру с системой военной торговли, ателье, системой военного общепита, парикмахерских, библиотек и клубов, подсобных хозяйств и собственной лесосекой.

ПРИМЕЧАНИЯ
1. Лагури - от лагерь усиленного режима.
2.Бок Зи Коу. Корейцы на Сахалине. Южно-Сахалинск.1993. С.67, 214.
3. Вишневский Н.В. Смерть в четырех шагах. Южно-Сахалинск. 1995. С.101, 125-127, 137, 146-147, 162, 167,180
4. Стрельбицкий К.Б. Советско-японская война августа 1945 года: цена победы. Львов.1995. С.27-29,34.
5.Локвуд Ч, Адамсон Г. Морские дьяволы. Спб. 1994. С.319-355.
6. Сахалин. Военно-географическое описание. М. 1943.
7. Челноков А.С, Семенов Е.В. Итоги полевого сезона 1998 года учебного отряда МПО «Франтирер», // Вестник Сахалинского музея. 1999. № 6, С.356.
8. Челноков А.С, Терешина А.В, Русин С.Е, Половников Д.Н. Основные итоги полевого сезона 1997 года МПО”Франтирер” //Вестник Сахалинского музея, 1998. № 5, С.391.
9. Костанов А.И. Ценный источник по японской топонимике Южного Сахалина, //Вестник Сахалинского музея. 1998. №5, С. 359-368.
10. Денисов К.Д. Под нами -Черное море. М. 1989. С.98, 218-280, 310-322.
11. Доднов М.С. Записки в перекидном календаре,//Вестник Сахалинского музея. 1995. №2, С.136-143.
12. Дворянский А.Ф. Последний десант, //Краеведческий бюллетень. 1995. №3. С.83-87.
13. Егоров А.Е. О находке киля японского самолета, // Вестник Сахалинского музея. 1998.№5. С. 412-413.
14. ЦАМО РФ Ф.491.Оп.11214. Д.29. Л.56-57.
15. Советская военная энциклопедия. М. Воениздат. 1976.т.2. С.297-298.

ПРИЛОЖЕНИЕ К ГЛАВЕ 1
Состав советской морской авиации на Дальнем востоке в августе 1945 года (К.Б. Стрельбицкий и К.Д. Денисов).

ВВС ТОФ и СТОФ (генерал-лейтенант авиации П.И. Лемешко и генерал-майор Дзюба соответственно) в общей сложности насчитывали 1790 различных самолетов, в том числе 1508 боевых (из них: бомбардировщики-164, торпедоносцы-170, штурмовики-243, истребители-665, разведчики-266). Организационно авиация была сведена в следующие части и соединения. Авиационные дивизии(АД):
2 минно-торпедная авиадивизия им. Н.А. Острякова (4-й, 36-й, 49-й и 52-й минно-торпедные АП)
7 истребительная АД (6,12,17,27 и 43-й Сулинский АП)
10 АД пикирующих бомбардировщиков(33, 34-й ближнебомбардировочные,19-й истребительный АП)
12 штурмовая АД (26,37-й штурмовые, 14, 38-й истребительные АП)
15 смешанная АД (55, 56-й полки пикирующих бомбардировщиков, 58, 59-й истребительные и 117-й морской дальнеразведывательный АП)
16 смешанная авиационная дивизия (31-й и 61-й истребительные АП, 60-й штурмовой АП)
Отдельные авиационные полки (АП):
39, 41, 42 истребительные, 16, 48, 50-й морские дальнеразведывательные, 115-й морской разведывательный АП.
Отдельные авиационные эскадрильи (ОАЭ):
5-я буксировочная,
14-я артиллерийская,
34-я смешанная,
35-я дальнебомбардировочная,
37-я ближнебомбардировочная,
39-я отдельная эскадрилья ночных истребителей,
47-я морская разведывательная,
53-я морская ближнеразведывательная,
57-я и 63-я морские разведывательные,
отдельная авиаэскадрилья волнового управления 1-й бригады торпедных катеров,
122-я транспортная,
Отдельные авиационные звенья (ОАЗ):
2-е ОАЗ волнового управления Де-Кастринской ВМБ
5-е ОАЗ волнового управления 5-го отдельного дивизиона торпедных катеров,
6-е ОАЗ ПВО,
13-е ОАЗ связи,
15-е ОАЗ волнового управления 6-го отдельного дивизиона торпедных катеров,
20-е учебно-артиллерийское ОАЗ,
110-е ОАЗ ледовой разведки,
131-е ОАЗ разведки погоды и льда,
ВВС Краснознаменной Амурской военной флотилии состояли из 68 различных самолетов:
45-й отдельный истребительный АП,
10-й отдельный авиаотряд связи,
11-я отдельная артиллерийская авиаэскадрилья
С ними взаимодействовал 2-й отдельный морской ближнебомбардировочный пограничный АП Пограничной авиации Пограничных войск НКВД СССР(10 самолетов),
ИТОГО:1868 самолетов, 5 дивизий, 9отдельных полков,1авиаотряд, 12 эскадрилий и 8 звеньев.
К сожалению, в списках ВВС ТОФ не оказалось 16-й смешанной авиадивизии. Вероятно, это связано со сроками ее формирования. В дивизию полковника К.Д. Денисова входили 31-й (на ЛаГГ-3), 61-й (на Як-9Д) истребительные и 60-й (на Ил-2) штурмовой авиаполки, отдельная эскадрилья и звено (на МБР-2). В дальнейшем в состав дивизии, дислоцированной на аэродромах Икедзуки и Оодомари, входили 55-й бомбардировочный на ПЕ-2, 59-й  истребительный на Як-9Д, 56-й и 60-й штурмовые авиационные полки на Ил-2, звено РВN-1 “Номад” из состава 48-го ОМРАП.

<?xml:namespace prefix = o ns = "urn:schemas-microsoft-com:office:office" />
Появление на Сахалине значительной и разнообразной по составу и вооружению советской авиационной группировки в 1945-1947 годах потребовала развертывания дополнительной инфраструктуры, обеспечивающей не только бытовые условия летно-технического и рядового состава, но и разметки и ввода в эксплуатацию инфраструктуры, обеспечивающей успешное выполнение учебно-тренировочных и учебно-боевых задач.

В первую очередь, это касалось создания единого радиолокационного поля с доставкой и установкой соответствующего стационарного или мобильного оборудования, прокладкой сети военных дорог, коммуникаций энергоснабжения и связи системы раннего обнаружения и оповещения. Во-вторых, отчуждение, разметка и оборудование соответствующих сухопутных и морских полигонов для отработки практического бомбо- и торпедометания частями ВВС и авиации ВМФ1. В-третьих, усиления ПВО собственно унаследованной инфраструктуры с размещением соответствующих зенитно-артиллерийских, прожекторных частей и подразделений. В четвертых, создание соответствующих бытовых условий для размещения летно-технического состава и их семей в унаследованных военных городках крупных авиационных баз, создание новых военных городков на унаследованных аэродромах оперативного базирования, налаживание системы военной торговли и бытового обслуживания военнослужащих и членов их семей, развертывание подсобных хозяйств. Развертывание сети радиолокационных постов является достаточно интересной и самостоятельной темой для исследования. Сеть первой линии РЛП2 ПВО на Сахалине тяготела к высотам, обеспечивая просмотр сопредельного воздушного пространства над Охотским и Японским морями и островом Хоккайдо. С ними взаимодействовали радиолокационные посты обеспечения воздушного движения ВВС, пограничной авиации и ГВФ. Свою радиолокационную сеть контроля акватории развернули пограничные части МГБ. При этом радиосвязь в УКВ - и КВ-диапазонах дублировалась прокладкой системы подземных телефонных кабелей, обеспечивающих бесперебойную связь и информационное взаимодействие. При этом излишне говорить, что отчуждению и выводу из хозяйственного оборота подлежали, в том числе и сельскохозяйственные земли, расположенные на равнинах. Так, например, в зону отчуждения т.н. Южного полигона попали сельскохозяйственные земли Сусунайской долины. Южный полигон занимал два крупных участка Сусунайской долины, примыкавших соответственно к авиационной базе Сокол и неудоби центра Успеновских болот. С запада к нему примыкал артиллерийский полигон. Практические и учебно-боевые задачи на этом полигоне отрабатывали истребительные и штурмовые полки, дислоцированные на аэродромах Сокол, Березняки и Большая Елань. Истребительный полк, дислоцированный в Большой Елани использовал также компактный полигон на Успеновских болотах. Спецификой островного края стало выделение ряда морских прибрежных акваторий до изобаты 20-30 метров для развертывания полигонов для бомбо -и торпедометания морской базовой авиации. На этих же акваториях отрабатывали учебно-боевые задачи силы береговой обороны и армейской артиллерии. Такой полигон был образован у восточного побережья полуострова Крильон практически на траверзе поселков Ольховатка и Таранай Анивского района, обеспечивая боевую подготовку авиационных полков ВВС ТОФ, дислоцированных на аэродромах в Корсакове и Починках. При этом, на побережье залива Анива в конце 40-начале 50 –х годов разместили не менее 3-4 рыболовецких колхозов, широко практиковавших именно прибрежный лов

0

28

переводить тут никому не надо - все и так все знают.
Но вот хотелось бы услышать об аэродроме Икедзуки. по описанию получается в районе Тараная, значит там где ровно - тут написано - Починки.
по Аниве разные версии расположения ВПП от местных жителей -
1. в Песчанском - 1-2 км в сторону Корсакова параллельно морю.
2. после переезда моста в Аниве в сторону Тараная - как дорога к морю выходит сразу на лево - тоже параллельно морю
3. в энциклопедическом словаре по освобождению Сахалина - 20 км ЮЗ Анивы
4 еще как то болота в районе Троицкое - Успеновское связывают с аэродромами

0

29

:flag: Всё понял.....Точно Успенское!Были там в прошлом году.Скорпион если придет,пусть опишет наш поход....Там был аэродром и взлетка.Как же у меня Успенское из головы вылетело?Болота там.....Посреди болот кузова автомашин стоят...Жуть...взлетку торфянниками затянуло.....Да и вообще в тех местах пропало много людей в разные годы......Если бы об этом узнал до похода,хрен бы туда пошел!

увеличить

увеличить

увеличить

увеличить

0

30

Например, среди трофеев советских войск уже на территории Карафуто оказались германский автобус «Ганомаг» и легковой автомобиль «Адлер». Последний, по свидетельству архивных документов, оказался в распоряжении 38-го авиатранспортного отряда ГВФ. Но закончил он свою бурную карьеру в роли наземной цели на полигоне 911-го истребительного авиационного полка на Успеновских болотах, где его бренные изрешеченные снарядами и осколками останки пребывают и поныне в компании с изувеченной «эмкой» и остовами «Яков» и «Лавочкиных».
При этом необходимо отметить, что вопрос о пребывания германских военных дипломатов на Карафуто в 30-40-х годах прошлого века до сих пор остается открытым. Это же утверждение справедливо и для торгово-экономических представителей Германии и Италии. И здесь хорошую службу исследователю может сослужить изучение японской периодики за 1935-1940 годы.

http://ded-banzai.livejournal.com/298311.html

0


Вы здесь » САХАЛИНСКИЙ ПОИСКОВИК » Разговоры обо всем » Корсаков. Взлетная полоса.